Вы внесли в Верховную Раду два законопроекта - о предоставлении таможенным органам права осуществлять оперативно-розыскную деятельность и права досудебного следствия по делам о контрабанде. С одной стороны, это действительно должно способствовать раскрытию таких преступлений. С другой стороны, согласитесь, сам закон закладывает более широкие возможности для коррупции в пределах самой таможни. Как этого избежать? Ситуации, когда сами обнаруживаем, сами расследуем, а может быть - сами скрываем.
Необходимость внесения этих законопроектов обусловлена несколькими факторами. Во-первых, на постсоветском пространстве и на всем европейском пространстве Украина осталась единственной страной, в которой таможенные органы не имеют права на оперативно-розыскную деятельность и досудебное следствие. Вы же не верите, что все они придумали нечто причудливое, мы стоим на правильных позициях. Например, немецкая уголовная таможня имеет большие полномочия, чем даже некоторые полицейские подразделения.

Во-вторых, для чего сегодня таможенным органам право на ОРД? Сегодня масса товаров завозится в Украину таким образом, что таможня их просто не может проконтролировать. Сколько у нас категорий лиц, которые вообще не подлежат контролю на таможенной границе? Те же народные депутаты, члены их семей, те же дипломатические работники всех уровней и члены их семей ... Я уже и не говорю о председателе правительства, о Верховной Раде, о Президенте.

Что член семьи народного депутата может в двух сумках пронести через границу такого, что составляло бы национальную угрозу экономической безопасности нашего государства? Подумайте, сколько в одну сумку можно набить ювелирных украшений. Одно ювелирное украшение от мастера, имеющего имя, бренд, может стоить и не сто, двести или триста тысяч долларов, а гораздо больше. То же и с часами. Давайте зайдем в магазины, например, Chopard, Vacheron Constantin, Breguet. Также есть бутики одежды, где одно платье стоит 30 тысяч гривен и более. Впрочем, одежда различных известных фирм завозится как контрафакт или товары народного потребления.

Если бы у нас были на это полномочия, мы могли бы зайти в любой из брендовых киевских магазинов. Взять там, например, любые часы. На них есть номер. Заходим в интернет, проверяем номер и видим, в каком месте, какой мастер и когда изготовил эти часы. А потом говорим: «Покажите, пожалуйста, документ на ввоз этой вещи в Украину». Это должна быть погрузочно-таможенная декларация с соответствующей уплатой налогов. А нам вместо этого будут показывать внутренний товарно-сопроводительный документ, что они якобы приобрели эти часы у еще какой-то украинской фирмы. А та фирма - у другой украинской фирмы. И когда мы дойдем до конечной точки, окажется, что «первого звена» уже не существует.

Мы не собираемся забирать у СБУ право на выявление и расследование преступлений, квалифицированных по ст. 201 и 305 Уголовного кодекса Украины ( «Контрабанда» и «Контрабанда наркотических средств, психотропных веществ, их аналогов или прекурсоров» - Ред.) Мы предполагаем альтернативную подследственность. Обнаружила преступление таможня - она проводит дознание, возбуждает уголовное дело, доводит ее до логического завершения в суде. Обнаружила СБУ - значит, расследует СБУ. Выяснила Служба безопасности, что таможенник обнаружил преступление и не совершил предусмотренные Уголовно-процессуальным кодексом действия - возбуждают уголовное дело в отношении должностного лица таможенного органа.

Ну, и прокуратура, по-прежнему будет осуществлять надзор за соблюдением законов ...

Так, если следователь таможенных органов допустит каких-либо неправомерное действие, то прокуратура это увидит ровно через три минуты.

Я думаю, будет здоровая конкуренция органов.

Для того, чтобы СБУ обнаружила контрабанду, ей надо набрать агентуру среди таможенников, среди грузчиков. Так таможенники сами будут это делать, потому что они на границе непосредственно работают, не забирая при этом права на выявление таких преступлений и расследование дел у Службы безопасности.

Другое дело, что у нас сегодня, например, милиция очень хочет, чтобы ей предоставили право расследовать служебные преступления. А прокуратура говорит: «нет, это только мы будем расследовать». Поэтому здесь заинтересованность каждого из органов: «это наша корова, и только мы ее доим».

Вы говорили о потенциальных контрабандистах - народных депутатах. Но ведь можно сказать, что как сейчас СБУ не расследовала, что они ввозят, так и таможня не будет, простите, совать нос в их чемоданы.

Понимаете, для того, чтобы Служба безопасности начала какие-то действия непосредственно в пунктах пропуска, ее сотрудникам нужно там находиться, надо иметь на то основания, надо согласовать свои действия с теми же таможенниками. Таможенник, который непосредственно осуществляет контроль, не имея соответствующих полномочий, не сможет провести осмотр. Но если он в процессе гласных и негласных мер будет иметь информацию, что такой-то гражданин является связующим звеном с такими-то лицами, которые передают под реализацию такие-то товары, то можно начать эту цепь раскручивать с конца, а не с начала. Начнем из магазинов. Для того, чтобы это делала СБУ, таможня должна иметь достаточные данные, о которых должна проинформировать СБУ, СБУ должна заинтересовать сяэтим вопросом ... Я думаю, предложенная нами система лучше.

DNEPR.INFO По материалам «Главком»